Неточные совпадения
Расспросивши подробно будочника, куда можно пройти ближе, если понадобится, к собору, к присутственным местам, к губернатору, он отправился взглянуть на реку, протекавшую посредине города, дорогою оторвал прибитую к столбу афишу, с тем чтобы, пришедши домой, прочитать ее хорошенько, посмотрел пристально на проходившую по
деревянному тротуару даму недурной наружности, за которой следовал мальчик в военной ливрее, с узелком в
руке, и, еще раз окинувши все глазами, как бы с тем, чтобы хорошо припомнить положение места, отправился домой прямо в свой нумер, поддерживаемый слегка на лестнице трактирным слугою.
И опять по обеим сторонам столбового пути пошли вновь писать версты, станционные смотрители, колодцы, обозы, серые деревни с самоварами, бабами и бойким бородатым хозяином, бегущим из постоялого двора с овсом в
руке, пешеход в протертых лаптях, плетущийся за восемьсот верст, городишки, выстроенные живьем, с
деревянными лавчонками, мучными бочками, лаптями, калачами и прочей мелюзгой, рябые шлагбаумы, чинимые мосты, поля неоглядные и по ту сторону и по другую, помещичьи рыдваны, [Рыдван — в старину: большая дорожная карета.] солдат верхом на лошади, везущий зеленый ящик с свинцовым горохом и подписью: такой-то артиллерийской батареи, зеленые, желтые и свежеразрытые черные полосы, мелькающие по степям, затянутая вдали песня, сосновые верхушки в тумане, пропадающий далече колокольный звон, вороны как мухи и горизонт без конца…
— Прощайте, миленькие малютки! — сказал Чичиков, увидевши Алкида и Фемистоклюса, которые занимались каким-то
деревянным гусаром, у которого уже не было ни
руки, ни носа. — Прощайте, мои крошки. Вы извините меня, что я не привез вам гостинца, потому что, признаюсь, не знал даже, живете ли вы на свете, но теперь, как приеду, непременно привезу. Тебе привезу саблю; хочешь саблю?
Что именно находилось в куче, решить было трудно, ибо пыли на ней было в таком изобилии, что
руки всякого касавшегося становились похожими на перчатки; заметнее прочего высовывался оттуда отломленный кусок
деревянной лопаты и старая подошва сапога.
Он выбежал проворно, с салфеткой в
руке, весь длинный и в длинном демикотонном сюртуке со спинкою чуть не на самом затылке, встряхнул волосами и повел проворно господина вверх по всей
деревянной галдарее показывать ниспосланный ему Богом покой.
В сенях трещала догоревшая свеча в
деревянной тарелке, и казак мой, вопреки приказанию, спал крепким сном, держа ружье обеими
руками.
Он рассказал до последней черты весь процесс убийства: разъяснил тайну заклада(
деревянной дощечки с металлическою полоской), который оказался у убитой старухи в
руках; рассказал подробно о том, как взял у убитой ключи, описал эти ключи, описал укладку и чем она была наполнена; даже исчислил некоторые из отдельных предметов, лежавших в ней; разъяснил загадку об убийстве Лизаветы; рассказал о том, как приходил и стучался Кох, а за ним студент, передав все, что они между собой говорили; как он, преступник, сбежал потом с лестницы и слышал визг Миколки и Митьки; как он спрятался в пустой квартире, пришел домой, и в заключение указал камень во дворе, на Вознесенском проспекте, под воротами, под которым найдены были вещи и кошелек.
Мебель, вся очень старая и из желтого дерева, состояла из дивана с огромною выгнутою
деревянною спинкой, круглого стола овальной формы перед диваном, туалета с зеркальцем в простенке, стульев по стенам да двух-трех грошовых картинок в желтых рамках, изображавших немецких барышень с птицами в
руках, — вот и вся мебель.
Я словно
деревяннаяВдруг стала: загляделась я,
Как лекарь
руки мыл,
Как водку пил.
Испуганный и как во сне, Клим побежал, выскочил за ворота, прислушался; было уже темно и очень тихо, но звука шагов не слыхать. Клим побежал в сторону той улицы, где жил Макаров, и скоро в сумраке, под липами у церковной ограды, увидал Макарова, — он стоял, держась одной
рукой за
деревянную балясину ограды, а другая
рука его была поднята в уровень головы, и, хотя Клим не видел в ней револьвера, но, поняв, что Макаров сейчас выстрелит, крикнул...
Локомотив свистнул, споткнулся и, встряхнув вагоны, покачнув людей, зашипел, остановясь в густой туче снега, а голос остроносого затрещал слышнее. Сняв шапку, человек этот прижал ее под мышкой, должно быть, для того, чтоб не махать левой
рукой, и, размахивая правой, сыпал слова, точно гвозди в
деревянный ящик...
Там у стола сидел парень в клетчатом пиджаке и полосатых брюках; тугие щеки его обросли густой желтой шерстью, из больших светло-серых глаз текли слезы, смачивая шерсть, одной
рукой он держался за стол, другой — за сиденье стула; левая нога его, голая и забинтованная полотенцем выше колена, лежала на
деревянном стуле.
Публики было много, полон зал, и все смотрели только на адвоката, а подсудимый забыто сидел между двух
деревянных солдат с обнаженными саблями в
руках, — сидел, зажав
руки в коленях, и, косясь на публику глазами барана, мигал.
Туробоев отошел в сторону, Лютов, вытянув шею, внимательно разглядывал мужика, широкоплечего, в пышной шапке сивых волос, в красной рубахе без пояса; полторы ноги его были одеты синими штанами. В одной
руке он держал нож, в другой —
деревянный ковшик и, говоря, застругивал ножом выщербленный край ковша, поглядывая на господ снизу вверх светлыми глазами. Лицо у него было деловитое, даже мрачное, голос звучал безнадежно, а когда он перестал говорить, брови его угрюмо нахмурились.
Случалось, что петлей якорной цепи его сшибало с ног, ударяя о палубу, что не придержанный у кнека [Кнек (кнехт) — чугунная или
деревянная тумба, кнехты могут быть расположены по парно для закрепления швартовых — канатов, которыми судно крепится к причалу.] канат вырывался из
рук, сдирая с ладоней кожу, что ветер бил его по лицу мокрым углом паруса с вшитым в него железным кольцом, и, короче сказать, вся работа являлась пыткой, требующей пристального внимания, но, как ни тяжело он дышал, с трудом разгибая спину, улыбка презрения не оставляла его лица.
В зале, на полу, перед низенькими, длинными,
деревянными скамьями, сидело рядами до шести — или семисот женщин, тагалок, от пятнадцатилетнего возраста до зрелых лет: у каждой было по круглому, гладкому камню в
руках, а рядом, на полу, лежало по куче листового табаку.
Когда отдали письмо Бабa-Городзаймону, он развязал
деревянный лакированный ящик, поставил его на стол, принял письмо обеими
руками, поднял его, в знак уважения, ко лбу, положил в ящик и завязал опять в платок, украшенный губернаторскими гербами.
Тогда барон Шлипенбах взял гандшпуг (это почти в
руку толщиной
деревянный кол, которым ворочают пушки) и воткнул ей в пасть; гандшпуг ушел туда чуть не весь.
Еще одинокий глаз головы был устремлен на окно, а уже
рука, давши знак десятскому, держалась за
деревянную ручку двери, и вдруг на улице поднялся крик…
В то время, когда живописец трудился над этою картиною и писал ее на большой
деревянной доске, черт всеми силами старался мешать ему: толкал невидимо под
руку, подымал из горнила в кузнице золу и обсыпал ею картину; но, несмотря на все, работа была кончена, доска внесена в церковь и вделана в стену притвора, и с той поры черт поклялся мстить кузнецу.
Действительно, хоть роз теперь и не было, но было множество редких и прекрасных осенних цветов везде, где только можно было их насадить. Лелеяла их, видимо, опытная
рука. Цветники устроены были в оградах церквей и между могил. Домик, в котором находилась келья старца,
деревянный, одноэтажный, с галереей пред входом, был тоже обсажен цветами.
— Гениальная мысль! — восторженно перебил Митя. — Именно он, именно ему в
руку! Он торгует, с него дорого просят, а тут ему именно документ на самое владение, ха-ха-ха! — И Митя вдруг захохотал своим коротким
деревянным смехом, совсем неожиданным, так что даже Самсонов дрогнул головой.
Внутри избы были 2 комнаты. В одной из них находились большая русская печь и около нее разные полки с посудой, закрытые занавесками, и начищенный медный рукомойник. Вдоль стен стояли 2 длинные скамьи; в углу
деревянный стол, покрытый белой скатертью, а над столом божница со старинными образами, изображающими святых с большими головами, темными лицами и тонкими длинными
руками.
В
руках у него была
деревянная разливалка, к которой бечевками привязаны молодые оленьи рога.
Тыбурций быстрым движением повернул меня и поставил на ноги; при этом я чуть не упал, так как у меня закружилась голова, но он поддержал меня
рукой и затем, сев на
деревянный обрубок, поставил меня между колен.
Всё болело; голова у меня была мокрая, тело тяжелое, но не хотелось говорить об этом, — всё кругом было так странно: почти на всех стульях комнаты сидели чужие люди: священник в лиловом, седой старичок в очках и военном платье и еще много; все они сидели неподвижно, как
деревянные, застыв в ожидании, и слушали плеск воды где-то близко. У косяка двери стоял дядя Яков, вытянувшись, спрятав
руки за спину. Дед сказал ему...
Бабушка, сидя около меня, чесала волосы и морщилась, что-то нашептывая. Волос у нее было странно много, они густо покрывали ей плечи, грудь, колени и лежали на полу, черные, отливая синим. Приподнимая их с пола одною
рукою и держа на весу, она с трудом вводила в толстые пряди
деревянный редкозубый гребень; губы ее кривились, темные глаза сверкали сердито, а лицо в этой массе волос стало маленьким и смешным.
Против самого входа в жилище стоял большой
деревянный идол Мангани-Севохи с мечом и копьем в
руках, а рядом с ним — две оголенные от сучьев лиственницы с корой, снятой кольцами.
Уложив котомку, старик снял с левой
руки деревянный браслет и, подавая его мне, сказал...
От господского дома до завода было
рукой подать, — стоило только пройти небольшую площадь, на которой ютилось до десятка
деревянных лавок.
И Лебедев потащил князя за
руку. Они вышли из комнаты, прошли дворик и вошли в калитку. Тут действительно был очень маленький и очень миленький садик, в котором благодаря хорошей погоде уже распустились все деревья. Лебедев посадил князя на зеленую
деревянную скамейку, за зеленый вделанный в землю стол, и сам поместился напротив него. Чрез минуту, действительно, явился и кофей. Князь не отказался. Лебедев подобострастно и жадно продолжал засматривать ему в глаза.
Выведенная напоказ, Устенька страшно переконфузилась и неловко подавала свою
руку «дощечкой», как назвала это
деревянное движение Дидя про себя.
Распахнулись воротá, и первыми на господский двор жнеи вошли. Хозяин, Андрей Александрыч, в сношеньях с крестьянами строго соблюдавший народные обряды, вышел навстречу жнеям. Был он без шапки, а в
руках держал покрытое расшитым полотенцем
деревянное блюдо с большим хлебом, испеченным из новой пшеницы. Завидев Андрея Александрыча, громко закричали жнеи...
В одной
руке держала она лукошко грибов, в другой —
деревянную чашку с земляникой.
Не плетутся теперь на ярманку по пыльным дорогам певучие артели слепцов и калик перехожих, не плывут по Волге Христовы корабельщики, не сидят на мостах с
деревянными чашками в
руках слепые и увечные, не поют они про Асафа царевича, — зато голосистых немок что, цыганок, шарманщиков!
— Ешьте, дружки, Христос с вами. Кушанье у нас легкое, здоровое; коли и лишнее скушаете — худа не будет! Маслицем
деревянным животик помажем — и как
рукой снимет!
В то время больших домов, с несколькими квартирами, в Москве почти не было, а переулки были сплошь застроены небольшими
деревянными домами, принадлежавшими дворянам средней
руки (об них только и идет речь в настоящем рассказе, потому что так называемая грибоедовская Москва, в которой преимущественно фигурировал высший московский круг, мне совершенно неизвестна, хотя несомненно, что в нравственном и умственном смысле она очень мало разнилась от Москвы, описываемой мною).
Все поглядели по направлению ее
руки. И в самом деле, картина была довольно смешная. Сзади румынского оркестра сидел толстый, усатый человек, вероятно, отец, а может быть, даже и дедушка многочисленного семейства, и изо всех сил свистел в семь
деревянных свистулек, склеенных. вместе. Так как ему было, вероятно, трудно передвигать этот инструмент между губами, то он с необыкновенной быстротой поворачивал голову то влево, то вправо.
А в одной из задних уютных горниц, пропитанной запахом воска,
деревянного масла и ладана, с кожаной лестовкой в
руке стаивала в это время на молитве молодая княжка Болховская, тщательно скрывая от людей свое двуперстие…
Тут были разных сортов чашки, от крошечных, что
рукой охватить, до больших, в полведра и даже чуть не в целое ведро; по лавкам стояли ставешки, блюда, расписные жбаны и всякая другая
деревянная утварь.
«
Деревянный звон», как называли его в скитах, гармоничен, особенно издали и если производит его опытная
рука…
На своем игуменском месте, в длинной соборной мантии, с
деревянным посохом в
руке, ровно каменная, недвижимо стояла Манефа и в положенное время твердым голосом творила возгласы.
По обоим берегам реки было врыто по толстому столбу, к ним крепко был привязан мокрый канат толщиною в
руку; по канату ходил плот, похожий устройством на
деревянный пол в комнате, утвержденный на двух выдолбленных огромных
деревянных колодах, которые назывались там «комягами».
Вдруг поднялся глухой шум и топот множества ног в зале, с которым вместе двигался плач и вой; все это прошло мимо нас… и вскоре я увидел, что с крыльца, как будто на головах людей, спустился
деревянный гроб; потом, когда тесная толпа раздвинулась, я разглядел, что гроб несли мой отец, двое дядей и старик Петр Федоров, которого самого вели под
руки; бабушку также вели сначала, но скоро посадили в сани, а тетушки и маменька шли пешком; многие, стоявшие на дворе, кланялись в землю.
Она взяла его за
руку и — опять полилась нежная, пламенная речь, мольбы, слезы. Он ни взглядом, ни словом, ни движением не обнаружил сочувствия, — стоял точно
деревянный, переминаясь с ноги на ногу. Его хладнокровие вывело ее из себя. Посыпались угрозы и упреки. Кто бы узнал в ней кроткую, слабонервную женщину? Локоны у ней распустились, глаза горели лихорадочным блеском, щеки пылали, черты лица странно разложились. «Как она нехороша!» — думал Александр, глядя на нее с гримасой.
Когда он, пухлый, красный, едет на тройке с бубенчиками и Пантелеймон, тоже пухлый и красный, с мясистым затылком, сидит на козлах, протянув вперед прямые, точно
деревянные,
руки, и кричит встречным: «Прррава держи!», то картина бывает внушительная, и кажется, что едет не человек, а языческий бог.
Председатель положил обе большие белые, полные
руки ладонями вверх на сукно стола и, разглядывая их поочередно, начал
деревянным тоном...
Мясистые красные
руки лежали на ручках
деревянного кресла.
Адъютант с почтительным и бесстрастным видом отдал честь. Слива, сгорбившись, стоял с
деревянным, ничего не выражающим лицом и все время держал трясущуюся
руку у козырька фуражки.
Вся картина, которая рождается при этом в воображении автора, носит на себе чисто уж исторический характер: от
деревянного, во вкусе итальянских вилл, дома остались теперь одни только развалины; вместо сада, в котором некогда были и подстриженные деревья, и гладко убитые дорожки, вам представляются группы бестолково растущих деревьев; в левой стороне сада, самой поэтической, где прежде устроен был «Парнас», в последнее время один аферист построил винный завод; но и аферист уж этот лопнул, и завод его стоял без окон и без дверей — словом, все, что было делом
рук человеческих, в настоящее время или полуразрушилось, или совершенно было уничтожено, и один только созданный богом вид на подгородное озеро, на самый городок, на идущие по другую сторону озера луга, — на которых, говорят, охотился Шемяка, — оставался по-прежнему прелестен.